Необуликованные статьи

Сейчас меня окружает запах жары, не легкий и теплый, а окутывающе вязкий.
Без шевеления, единственное движение — это мое дыхание, поднимающаяся грудная клетка при вдохе и воздух, который вырывается из расслабленных губ при выдохе.
Как мне понять о чем ты думаешь? Как понять в каком ты настроении сейчас?
Как удержать мгновение контакта с тобой?
Ведь ты только читаешь, ты видишь эти буквы черные на белом полотне. А вдруг у тебя полотно вовсе не белое? И буквы вовсе не черные на нем.
Как мне увидеть твою реальность?
И передать тебе мое ощущение жары вокруг. Я хочу тебе показать как сейчас вокруг меня. Я физически слышу как касаются тонкие волоски на поверхности моих рук плотного теплого воздуха. Чуть ниже предплечья. И воздух вокруг нежно приглаживает их к моей коже.
А что сейчас чувствуешь ты? Какое пространство вокруг тебя? Тебе тепло или прохладно? Одеты ли на тебе носки и тепло ли пальцам твоих ног? Здесь ли ты?
И когда ты здесь, тогда через тысячи километров, у нас с тобой появляется это пространство. Пространство в котором нас двое. И ты можешь возвращаться сюда, всегда, зная, что я здесь жду тебя. Всегда, когда тебе будет нужно. Я здесь.

Я вижу только песок вокруг. Желтый.
Горячий воздух поднимается от песчаных настилов, искажая визуальное восприятие.
Пластмассовая бутылка плавится под сдавливанием моих рук.
Нет ни капли. Только песок на потрескавшихся губах.
Пытаюсь облизать их языком, принеся хоть крупицу влажности. 
Но чувствую только его, песок, на зубах, и коже. Я пытаюсь чуть прикрывать глаза, но каждое движение приносит телу все больше режущей сухости. Замереть бы. Что бы не двигаться вообще. Замереть бы до момента, когда появиться хоть капля воды. Но на лице лишь капля пота. Соленого пота. Попадая на уголок губы, слева, напоминающая скорее вкус крови и даже ее запах нежели чем воду.
Иди, говорит что то внутри меня. Иди.
Я перевела взгляд на бутылку, открыла крышку, наклонила ее на 180 градусов к пылающему жаром горизонту. Вижу ее — каплю воды. Одну, единственную каплю. Каплю, которую если я смогу достать, буду сглатывать мышцами горла долга, смакуя, провожая внутренним взором ее от губ, горла и дальше в живот, короткой влагой щекоча стенки желудка. Чувствуя телом ликование, так же как в момент, когда после прогулки, я прибегала домой просила у мамы стакан воды. И с первым глотком воды жадно напивалась, наедалась до полного наполнения улыбкой во всем теле.

Сидит маленький дракончик на камне и горько плачет.
Подходит большой дракон и спрашивает:
— А где твоя мама?
— Я ее съел…
— А папа?
— Я и его съел…
— Ну и кто же ты после этого?
— Сирота!

*
А ведь действительно, процесс удовлетворения своих желаний часто вызывает ощущение тотального одиночества, актуализирует тоску по отношениям… как будто нет веры в то, что твое желание могут разделить и поддержать.

А ведь все же совсем иначе в сегодняшнем дне!

Боль, сколько нужно боли, чтобы решиться сделать шаг?

Клише №1: Жить по-старому уже не могу, а по-новому еще не умею.
Страх — движимая сила.
Мы привыкли считать страх останавливающей силой, в действительности же, это сильнейшая сила заставляющая нас делать Ничего.

Клише №2: На старые привычки жить уже опираться не могу, не радуют. А новые еще не сформированы.

Вот и происходит Танец на краю. Огромная сила действия встречается с огромной силой противодействия. Отнимает всю энергию. Забирает весь ресурс. Оставляет в душе пустоту и гнев.
*
Эту картинку, моего авторского замысла, я постила пару месяцев назад. А что вы видите на ней?

Мысли вслух…

****

Жила-была девочка, лет двадцати пяти в душе, а возраст по паспорту ее никто не знал.

И купила она семь листов фанеры.

Довольная, что в магазине ей помогли на тележку их погрузить, повезла она свою тележку к реке. Идет, катит тележку, лес вокруг, красота, птицы поют, хвоей пахнет. Солнышко подсвечивает тропинку лесную. Идет счастливая.
Останавливает тележку около реки, выгружает, устала…
И давай листы фанеры один за одним к воде подносить.

Но счастье ли это для самих детей?

Об этом написано огромное количество книг:
— О травме старшего ребенка, когда у него (у нее) появляется младший брат или сестренка. Даже если появление «младшенького» в семье очень желанно и сам старший ребенок об этом просил.
— О конкуренции младших детей, для которых уже с рождения заложена такая структура семьи: мама, папа и старший (старшие) брат или сестра.

— Об их жизненно важной потребности всеми доступными способами тянуть на себя внимание родителей. О том как они, по какой-то причине, наоборот, уходят в тень.

Сиблинги, этот термин у меня всегда вызывает улыбку. Огромное количество энергии поднимается в отношениях сиблингов, опираясь на которые, можно с радостью шагать жизнь — или сильно раниться.

Ресурс, энергия, опора, все это является предметом для обсуждения и целью терапии в группе. Терапия в группе как нельзя лучше справляется с темами сиблинговых отношений, для формирования своей уникальной идентичности и опоры на нее.

Друзья, много вопросов возникает про адаптацию ребенка после переезда в новую страну: подросток не выходит на улицу, требует вернуться на родину, сильно агрессивен.

Как помочь? Я бы предложила посмотреть на своего ребенка, отняв от реального его возраста лет 5, а можно и 7, 10. Как бы вы сопровождали своего малыша в начальную школу? Вспомните этот опыт. Медленно, с большим количеством внимания и заботы, поддержки, постепенно от часа к часу наращивая часы и нагрузку, по отдельности.

Переезд — это огромный стресс. Когда мы сталкиваемся со стрессом, уже казалось бы налаженные, наработанные механизмы взаимодействия и адаптации к своему собственному росту слетают, откатываясь в психологическом возрасте назад. Вряд ли бы вы стали структурировать и настаивать на порядке в комнатке, если вашему ребенку было бы не 14, а 4 года, верно?

Я бы предложила посмотреть на тему подросткового бунта, большого количества агрессии в отношениях и позиции любой ценой идти наперекор родителям… как на любой конфликт, где есть две конфликтующие стороны.

Но одна небольшая хитрость, а вернее сказать мудрость, и казалось бы тупиковая ситуация перестает быть таковой: сделать виновным именно Конфликт. Сделать из своего ребенка союзника, объединившись с которым, вы боретесь с возникшим Конфликтом. Обозначив Конфликт, определив, в чем его суть и задача, тем самым вы и ваш ребенок перестаете быть «враждующими» сторонами, а становитесь союзниками.

Ведь сейчас выходит, что есть вы, и есть вторая сторона, и кто-то из вас, или вы по очереди, становится агрессором. Но если взять за основу мысль о том, что вы вместе заложники ситуации и что конфликт не между вами, а он просто есть как данность… то получится, что агрессор именно он — Конфликт! А как раз вы, объединившись, сможете найти решение и «уничтожить» то, что мешает вам радоваться и наслаждаться отношениям друг с другом.

К сожалению, быстро тут не получится, но, взяв за основу эту мысль, за пару месяцев вы увидите нужные результаты 😉

Стоит ли вину возлагать на партнера?

Конечно, Да!

Неожиданно? — Но на партнера в созависимых отношениях можно возлагать все, что угодно! Ведь он для того и создан вами, чтобы обслуживать те аспекты вашей жизни, ответственность за которые вы сами на себя взять не хотите или не можете.

Грубовато звучит… Но и ободряюще.

Созависимость от другого — это цена, которую вы платите за невозможность или нежелание жить собственную жизнь.

Как только у вас появится внутренняя устойчивость для того, чтобы высвободить себя и опираться именно на себя в любых отношениях, мир заиграет совершенно новыми, самыми разными красками. И больше не будет необходимости на кого-то возлагать вину!

Извините за прямолинейность, но отношения родителей — это трафарет, форма, образец для подражания, образец системы взаимоотношений. Основа основ, которую дети потом транслируют в свою собственную жизнь, или наоборот от которого отталкиваются и делают «чтоб только не так, как было у родителей». Но все равно структура уже создана, есть и впитана.

Это часть правды. Вторая часть правды в том, что ребенок часто транслирует, демонстрирует вытесненные чувства родителей. И, если родители живут в структуре «я сохраняю семью для детей», все равно ребенок нервничает. Спокойствие отсутствует. Дети эмоциональны, они, как зеркала, отражают внутренний мир семьи.

Есть правило в самолете: первым делом надеваешь маску на себя, потом на ребенка. Жестоко, вроде бы? но разумно! Если мы потеряем сознание, мы не сможем ребенку помочь и спасти его.